Сэр Уильям Мьюир
РЕШЕНИЕ ПОСРЕДНИКОВ.
37 г. хиджры / 658 г. от р. Х.
Междуцарствие.
ВРЕМЯ было неспокойное. Муавия правил Сирией; Али — остальной частью исламского мира. Оба старались до поры до времени ни в чем не мешать друг другу. Империя ислама на какой-то период оказалась в полной неопределенности.
Встреча посредников, viii . 37 г. хиджры, февр. 658 г. от р. Х.
В рамках назначенного времени Амр прибыл в Думу, расположенную на середине пути через пустыню, вскоре после Абу Мусы: каждый, согласно предварительной договоренности, в сопровождении кортежа из четырехсот всадников. Туда также собралось множество народу из Аль-Ирака и Сирии, из Мекки и Медины. С неослабным интересом арабы наблюдали за ходом встречи, призванной решать будущее ислама. Главные вожди из числа корейшитов также не преминули приехать: некоторые таили тайную надежду, что выбор арбитров может случайно пасть на них.
Их совещание.
Посредники встретились в шатре, сооруженном для такого случая; там и происходило их закрытое совещание с глазу на глаз. Сохранившиеся сведения об этом краткие и сомнительные. Абу Муса, под напором своего хитроумного партнера, признал, что убийство Османа было беззаконным и непростительным актом. «Тогда почему же, — продолжал Амр, — вы не хотите признать Муавию, мстителя за кровь халифа, его преемником?» «Если бы вопрос стоял просто о кровном родстве, — отвечал Абу Муса, — тогда больше прав имели бы сыновья Османа, но избрание преемника должно происходить посредством голосования основных соратников Пророка». Тогда Амр предложил своего собственного сына. «Справедливый и достойный муж, — признал Абу Муса, — однако, он один из тех, кого вы уже вынудили принять одну из сторон в гражданской войне; а более всего нам следует опасаться, чтобы снова не разгорелся мятеж среди арабских племен». Подобное же возражение было высказано и в отношении Абдаллы, сына Аз-Зубейра; а кандидатура сына Омара была отвергнута, как человека, не имеющего необходимых качеств для управления. «Что ж, — промолвил Амр, когда все возможные кандидаты были названы и отвергнуты, — какой же вердикт ты бы сам вынес?» «По моему мнению, — ответил Абу Муса, — нужно сместить и Али, и Муавию, и предоставить людям возможность свободно выбрать того халифа, какого они пожелают». [1] «Твое решение — мое решение, — согласился Амр без промедленья, — ну, что ж, пошли».
…и решение
Народ, затаив дыхание в предвосхищении событий, толпился вкруг шатра, когда арбитры выходили из него. «Давай скажем им, — обратился Амр к своему коллеге, — о нашем решении». Абу Муса выступил вперед и громким и четким голосом объявил: «Мы приняли такое решение, которое, мы уверены, должно примирить народ и воссоединить царство ислама». «Он говорит истину, — подхватил Амр, — давай дальше, о, Абу Муса, произнеси же свой вердикт». Абу Муса продолжил: «О, люди! Мы хорошо все обдумали. И не видим иного решения, чтобы восстановить мир и согласие, как сместить Али и Муавию, и того, и другого. После этого, вы сами должны избрать подходящего человека на их место. Вот мое решение».
…сместить Али.
Он отошел в сторону, и Амр, выступив вперед, произнес: «Вы слышали заключение Абу Мусы. Он предложил отстранить своего кандидата; я тоже присоединяюсь к этому. Но что касается моего вождя, Муавии, его я поддерживаю. Он наследник Османа, отмститель за его кровь, и больше всех имеет право, чтобы стать халифом».
Народ потрясен.
Собравшиеся были ошеломлены. Даже сирийцы никогда не думали, что Муавия достигнет такого триумфа, не приходило и в голову сторонникам Али, что их посредник мог быть так постыдно обманут. «Что я мог сделать? — вскричал Абу Муса, — Он согласился со мною, но затем ушел в сторону». «Это не твоя вина, — сказал Ибн Аль-Аббас, — это вина тех, кто поставил тебя на это место». Подавленный упреками, Абу Муса бежал в Мекку, где ему предстояло окончить свои дни в безвестности. В пылу негодования, начальник эскорта из Аль-Куфы схватил Амра и обращался с ним весьма грубо, пока не вмешался народ и не освободил посредника. Амр возвратился в Дамаск, где народ с радостью приветствал Муавию халифом, хотя тот согласится принять этот титул лишь несколько лет спустя.
Сирийцы приветствуют Муавию как халифа.
Как глубоко это потрясающее известие затронуло Али, можно судить по тому факту, что в ежедневное богослужение мусульман он предписал добавлять молитву о проклятии на головы Амра, Муавии и их основных сторонников. Муавия охотно последовал его примеру. Вот так мусульманский мир стал получать ежедневное духовное наставление в виде зрелища двух соперничавших властителей правоверных, произносивших крайние угрозы один против другого во время публичных молитв. [2]
Примечания:
1. Скорее, он хотел предоставить решение «шуре», или совету, каким был избран Осман. Муавия мог позволить себе согласиться с этим, поскольку он не был провозглашен халифом вплоть до сорокового года хиджры. Али, с другой стороны, уже был провозглашен халифом. Его отказ подчиниться решению совета означал клятвопреступление, и Вельгаузен считает, что последняя часть этой истории была придумана сторонниками Али, чтобы скрыть его преступление и переложить вину на арбитров.
2. Проклятия, употребляемые Али, были такими: «О, Господь, я молю Тебя, пусть Муавия и Амр будут прокляты», а далее следовали и все главные вожди поименно. «Да будут все они прокляты!» Проклятия Муавии, подобным же образом, включали Али, его сыновей Аль-Хасана и Аль-Хосейна, и Аль-Аштара.
<< Глава 38 | Содержание | Глава 40 >>