Сэр Уильям Мьюир
СИРИЙСКАЯ КАМПАНИЯ. ВЗЯТИЕ ДАМАСКА.
13-14 г. хиджры / 634-635 г. от р. Х.
Левобережье Иордана.
СТРАНА, в которой мусульмане теперь стояли лагерем — «местность к востоку от Иордана» — отличалась от тех, что встречались им прежде. На юг шли тропы овцеводов Белки, а на севере простирались пастбища Джаулана. В средине лежали холмы и долины Гилеада с полями пшеницы и ячменя, перемежающиеся рощицами тенистых дубов, олив и сикамор и порослями земляничного дерева, мирта и олеандра. То явно была «земля добрая, страна с живительными ручьями, с глубокими источниками, бившими в долинах и на холмах». Ландшафту придавали разнообразие зеленые склоны и лесистые расселины, украшенные ярким покровом цветов. Повсюду раздавалось птичье пение. С зеленых высот Ярмука можно было обозревать и голубизну вод Галилейского озера, сверкавшую на западе, и покрытые снегом вершины Ливана и Гермона на севере: резкий контраст бесконечным пескам и каменистым равнинам Аравии. Не менее разительным оказался и контраст с Халдеей. Там заболоченное устье Междуречья поражало тропическим великолепием, в то время как на равнинах пылились руины заброшенных городов, процветавших в стародавние времена, о которых напоминали ныне лишь осколки керамики и необычной формы кирпичи — загадочные современники исчезнувших царств. Здесь же гордость Византии еще была жива. За Иорданом лежали густонаселенные города, основанные римлянами, славившиеся своими соборами, театрами и форумами. В землях Гилеада можно было встретить даже мореходные свидетельства Наумахии. Страна была населенной и процветающей, будучи пристанищем смешанной расы: наполовину арабов, наполовину сирийцев, обретших римские привилегии и заимствовавших у них привычки к роскоши, лишенные, однако, свойственного римлянам духа рыцарства и мужественности. В целом это цивилизация развивалась насильственно, но была весьма экзотична. Как только прекратилась поддержка Запада, истинные сыновья пустыни вернулись к своей бедуинской жизни; повозки и колесницы уступили место верблюдам; и о римском господстве напоминали только колонны и перистили, мостовые и акведуки, да большие груды разрушенной кладки, до сих пор поражающие путешественника, точно взятые из другого мира. Но во время, о котором мы пишем, там еще царила эра так называемой цивилизации. Такова была та красивая страна, поразившая южных арабов своей природою и деятельной городской жизнью. По этой земле двигались теперь захватчики, а вскоре по ней проляжет главная дорога, которая соединит Сирию с мусульманскими святынями.
Слабое сопротивление византийцев в Сирии.
Победное шествие мусульман по Сирии проходило без особых затруднений. Персы боролись не за землю, а за самое свое существование. Здесь все было иначе. Сирия, Разумеется, в Сирии имелись святые места, дорогие для византийцев как колыбель их веры. Но, в конце концов, это была, хотя прекрасная и священная, но все же отдаленная провинция, потеря которой для инертного и эгоистичного двора не грозила смертельной опасностью. И в Сирии не происходило таких жестоких схваток, как на равнинах Халдеи.
Дамаск.
Дамаск, древнейший в мире город, существовавший еще во времена Авраама, сохранился, не смотря на все превратности, столицей Сирии. Просторная равнина, на которой он был возведен, омывается источниками, стекающими с прилегающих горных цепей; и красивые рощицы и сочные луга вокруг дали ей название (с большим основанием, чем дельте Халдеи) «Всемирного сада». Будучи точкой пересечения торговых путей с запада на восток, этот город с переменным успехом из века в век сохранял свое богатство и многолюдность. В стенах Дамаска, высотой в двадцать футов и толщиной в пятнадцать, до сих пор находятся камни исполинских размеров, которые могли быть заложены в кладку за много веков до нашей эры. Над воротами и в других местах расположены оборонительные башни весьма почтенного возраста. Путешественник, входящий восточными воротами до сих пор может попасть «на улицу, так называемую Прямую», как и Святой Павел 1800 лет назад. Собор Святого Иоанна Крестителя все еще возвышает свой купол над всеми остальными строениями; помимо него во времена, нами описываемые, в городе и его окрестностях действовало пятнадцать церквей. Незадолго до этого Дамаск пострадал от персидской войны, проходившей с переменным успехом; но ко времени прихода арабов в значительной степени возвратил свое процветающее состояние.
Дамаск предстает взорам завоевателей.
Такова была столица Сирии, «Царица городов», во всем своем великолепии, окруженная высокими горами с белоснежными вершинами, которая теперь представала взорам арабских воинов. Некоторые из них, возможно, уже бывали здесь, торгуя с севером; но в целом воины знали об этом городе только по слухам; и, что касается красоты, богатства и гармонии, их воображение едва ли приукрасило панораму, развертывавшуюся теперь перед ними.
Город окружен, 16. I . 14 г. хиджры, 13-е марта 635 г. от р. Х.
Осада Дамаска началась 16-го мухаррама 14 года хиджры, через четырнадцать дней после неудачи у Мердж ас-Софара, и с переменным успехом продолжалась шесть месяцев. У арабов не было ни опыта, ни мастерства для осады крепостей; а Дамаск был хорошо укреплен, и, видимо, обеспечен всем необходимым для упорного сопротивления. С другой стороны, осаждавшие постоянно посылали отряды фуражиров, чтобы пополнить запасы продовольствия, а также для отражения атак противника, пытавшегося освободить город. В конце концов, Халиду пришлось вызвать на помощь Шурабиля из Иорданской провинции и Амра из «Палестины», но только в результате предательства одного из осажденных город был наконец взят.
То, как мало имеется достоверных сведений об истории Палестины того периода, видно из того, что мы не знаем точно, кто был правителем Дамаска в течение этой памятной осады. Один источник указывает на некого епископа, без упоминания его имени; другой утверждает, что это был Бахан; в то время как третий свидетельствует о патриции Нестасе (Анастасии).
Одна из многочисленных стычек между захватчиками и осажденными произошла между Бейт Лихьей и Санийят Аль-Окабом, приблизительно в четырех лигах от города к северо-востоку. Там была скала, на которой Халид установил знамя по случаю своего знаменитого перехода по пустыне. Силы греков находились на более безопасном, восточном тракте, ведущем к Эмесе, из которой они вышли. Мусульмане, преследовали противника, но когда они достигли Эмесы, то обнаружили, что враг уже скрылся.
Жители оставленного Ираклием города, изумленные неотразимой доблестью мусульман, остались пассивными наблюдателями происходящего. Мусульмане обращались с ними хорошо, в результате чего получили необходимое продовольствие и фураж. Арабы основали поселение на Оронте — реке, текущей к оставленному Ираклием городу Антиохия. Пока формировалась армия, которая должна была изгнать захватчиков за пределы империи, Баанесу, армянину, была поставлена задача постоянно досаждать арабам, и таким образом, прежде всего, предотвратить падение Дамаска. Летопись говорит, что он отбросил мусульман назад от Эмесы к Дамаску, и расположился лагерем на берегах реки Дамаска — часто упоминаемой Барады, ветхозаветной «Абаны», в пределах видимости из города. Впрочем, вскоре он опять ретировался в Эмесу. Мусульмане соорудили крепость в Берзе, считающейся местом рождения Авраама, у подножья холма Джебел Касийун, примерно в лиге к северу от города: для защиты осаждающих от нападения с этой стороны. Также сказано, что бесстрашным Химьяри Зуль-Келой была занята передовая позиция при Санийят Аль-Окабе, на развилке путей, ведущих в Дамаск и к Евфрату.
Что касается расположения мусульманской армии, осаждавшей город, то Халид со своими силами разместился с восточной стороны так, что его левый фланг был обращен к восточным воротам, завершавшим «улицу, так называемую Прямую», в то время как центр находился между этими воротами и воротами Святого Фомы, там, где теперь большое кладбище. Воспоминания о той осаде и взаправду можно найти также на северной стороне: в половине лиги от «Райских ворот», Баб Аль-Фарадис, находится женский монастырь Халида; сами эти ворота сохранили следы пожара с тех времен; и даже сегодня их порой называют «Баб Аль-Карадис» — возможно, из-за горы трупов. С другой стороны, восточные ворота сохранились лучше всех остальных ворот Дамаска.
Капитуляция.
Отряд Абу Обейды был обращен к воротам Джабийя, западным воротам, а Язида — к Баб Ас-Сагир или «Малым воротам» на юго-западном углу стены, или же дальше вдоль стены до Баб Кайсан на юго-востоке. Лагерь Амра, говорят, находился напротив Баб Тума или ворот Святого Фомы на северо-востоке; а Шурабиль был возле так называемых «Речных ворот», открывавшихся на Бараду — возможно, это только что упомянутые «Райские ворота».
Город, таким образом, был полностью окружен, и любая схватка или вылазка оказывалась безрезультатной, наталкиваясь на кордон вражеских лагерей. Единственная надежда на спасение могла прийти только извне. Но помощь, несмотря на множество геройских попыток, не пришла; и через шесть месяцев осады мусульмане вошли в город с двух сторон одновременно. С одной стороны они взяли ворота штурмом, но обнаружили, что правитель сдался, и смогли впустить своих товарищей с противоположной стороны. Два отряда собрались на Медном или Масляном базаре, и там после небольших споров между собой пришли к заключению, что капитуляция не должна нести смерть для всего города. Договор был составлен в церкви, называемой Максиллат, где теперь находится храм Святой Марии на Базарной площади; и подписан Халидом ибн аль-Велидом. Это произошло в месяце реджеб (седьмом месяце) 14 года.
Договор.
Условия договора, на основании которых столица Сирии передавалась в руки мусульман, были следующими:
«Настоящий договор Халид сын аль-Велида заключает с жителями Дамаска по его вступлению в этот город. Он обещает сохранить им жизнь и имущество, не трогать их церкви и стены города. Ни один дом не будет разрушен или отнят у его владельца. Настоящий договор гарантирует союз с Богом и защиту Его Пророка, его преемника и правоверных».
Вот какой представляется в общих чертах история взятия Дамаска; но есть и много иных версий. Они возникли отчасти из убежденности, что главнокомандующим являлся Абу Обейда, а Халид был под его началом лишь добровольцем, будучи отстранен от верховного командования Омаром сразу после того, как тот стал халифом; или, что Халид взял штурмом восточную часть города, еще не зная, что Абу Обейда предложил свои условия, хотя на самом деле все было наоборот. Даже по сей день восточную часть Дамаска составляют целые кварталы иудеев и христиан, в то время как мусульмане занимают западную часть города. Это явно указывает на западную половину города, то есть, ту его часть, где располагались Абу Обейда с Язидом, взяв Дамаск приступом. Противоположная точка зрения, возможно, возникла в результате того, что до халифа-омейяда Велида западная половина большой церкви Св. Иоанна использовалась мусульманским населением как мечеть, в то время как восточная продолжала оставаться церковью; из чего сделали заключение, что восточная половина, должно быть, была взята штурмом. Те, кто считает, что Халид был отстранен от своего командования во время осады, истолковывают появление его имени в договоре предположением, что Абу Обейда воздержался от обнародования письма Омара до того, пока город не был взят, чтобы победу можно было поставить в заслугу Халиду. Подобным же образом пытаются объяснить вопрос с битвой при Ярмуке.
Договор, подписанный между Халидом и жителями Дамаска, сохраняющий, как написано, им церкви, на первый взгляд противоречит тому факту, что половина церкви Св. Иоанна, если не других церквей, использовалась до халифа-омейяда Велида как мечеть. Мосье де Геж полагает, что эта частичная оккупация могла произойти в следующем году, когда Дамаск снова ненадолго попал в руки греков, но был отбит мусульманами.
Трудно объяснить вход в город с противоположных сторон двух командующих: одного беспрепятственно, другого штурмом, если не предположить, что правитель договорился об условиях сдачи с одним из них, осознав, что другой собирается захватить город с помощью оружия. Или же форсированное вторжение одного из командующих было частью такой договоренности, дабы создать в глазах Ираклия видимость неизбежности поражения и таким образом уберечь изменника от заслуженного наказания.
<< Глава 12 | Содержание | Глава 14 >>