Ну а Нимроду по-прежнему оставалось далеко до исправления. Хуже того, он решился выстроить высоченную башню, чтобы постараться достигнуть небес. Уж очень ему хотелось обнаружить там Бога Авраама. Башня выросла высотою в пять тысяч локтей; но небеса оставались так же далеки от нее, как и до начала строительства. Поскольку рабочие оказались не в состоянии продолжать возведение башни на такой высоте, Нимрод решил изловить двух орлов. Он держал их в своей новой башне, питая свежим мясом. Затем он на несколько дней оставил их вообще без пищи, и когда они от голода пришли в бешенство, он прикрепил к их ногам легкий закрытый паланкин. В этом паланкине было одно окошко сверху и еще одно снизу. Нимрод занял место в паланкине вместе с одним из своих кравчих. Последний прихватил с собою длинное копье, на которое был насажен кусок мяса. Когда кравчий высунул копье с наживкой в верхнее окошко, оголодавшие орлы стремительно ринулись ввысь, неся за собою паланкин. Пролетев таким образом вверх на небо целый день, царь Нимрод услыхал доносившийся снаружи голос, который обращался к нему: «Безбожный человек, куда это ты направляешься?» Выхватив лук у своего кравчего, Нимрод выпустил в небеса стрелу, которая некоторое время спустя упала обратно в паланкин через окошко. Наконечник стрелы был обагрен кровью, из-за чего бывший отъявленным негодяем Нимрод посчитал, что ему удалось подстрелить не кого-нибудь, а Самого Бога Авраама.
Но к тому времени они уже настолько удалились от земли, что она казалась им не больше, чем яйцо. Поэтому царь приказал кравчему направить свое копье с наживкой концом вниз, и орлы понесли их паланкин обратно на землю.
В отношении той крови, которую можно было видеть на наконечнике стрелы Нимрода, ученые люди разошлись во мнениях. Многие из них посчитали, что то была кровь рыбы, унесенной на небеса облаками, проплывавшими над каким-нибудь морем. Именно это обстоятельство они приводят в качестве доказательства — дескать, поэтому рыбу не следует закалать особым образом. [1] Другие же полагают, что стрела Нимрода задела какую-нибудь птицу, которая оказалась в стоянии взлететь выше, чем его орлы.
Когда же Нимрод, на вершине своего триумфа, вновь забрался на вершину своей башни, Аллах повелел ей упасть, да с таким потрясающим шумом, что весь народ пришел от этого в ужас, и каждый человек вдруг заговорил на своем собственном наречии. Вот с этого-то момента языки людей начали разниться друг от друга, и по причине этого смешения, возникшего после падения башни, столицу Нимрода стали называть «Вавилоном» («Бабель» — «смешение»).
Ну, впрочем, не успел Нимрод оправиться от полученных травм, как он вновь стал преследовать Авраама. Для этого царь собрал армию, покрывшую поле величиною в двенадцать квадратных миль. Тогда Аллах послал к Аврааму Гавриила, чтобы спросить, какое существо надобно Его посланнику для защиты от такого страшного полчища? Авраам же избрал обыкновенную муху, на что Аллах сказал: «Поистине, не избери он для своей защиты муху, Я бы послал защитить его насекомое, семьдесят особей которого легче, чем одно мушиное крылышко!»
Величественный Аллах призвал к Себе царя мух и повелел ему выступить со всем своим мушиным войском против царя Нимрода. Царь мух собрал к себе всех мух и комаров со всего мира и набросился на воинов Нимрода с такою яростью, что те немедленно обратились в паническое бегство. Насекомые пожирали их кожу, кости, мясо, выедали глаза из человечьих голов. И самому Нимроду пришлось бежать, чтобы укрыться в башне с толстенными стенами. Несмотря на его стремительное бегство, одна из мух сумела пробраться внутрь башни вместе с царем. Там она кружила у самого лица Нимрода в течение семи суток, и он никак не мог поймать ее. Муха возвращалась вновь и вновь, садилась на его губу и сосала из нее кровь. В конце концов, губа совсем распухла. Затем муха занялась его носом, и чем больше царь старался выковырять ее, тем глубже в нос она вгрызалась. Дошло до того, что эта муха проникла внутрь царского мозга, который начал из-за этого разрушаться. Нимроду остался единственный способ облегчения: долбиться головой о стену. Или же он просил кого-нибудь бить его молотом прямо в лоб. Но муха все росла и росла, пока, наконец, на сороковой день, голова царя не лопнула, и муха, достигшая к тому времени размеров голубя, не вылетела наружу. Улетая, она сказала умиравшему Нимроду, который даже и тогда не пришел к покаянию: «Это сотворил с тобою Аллах. Когда Ему угодно, Он позволяет слабейшим из Своих созданий разрушать того человека, который не верит в Него и в Его посланника!» Тут башня, в которой укрывался Нимрод, рухнула на упрямого царя, и под ее руинами его останки будут лежать до самого дня воскресения.
Примечание:
1. Законы магометан, а в особенности иудеев, с тончайшими деталями описывают, каким образом должны убиваться «чистые» животные; в какую часть тела должно наноситься смертельное ранение; каким именно образом должен наноситься удар; какой должен при этом использоваться нож; какова должна быть формула применимой к месту молитвы. Однако при этом никаких правил в отношении рыбы не существует.