Однажды Аврааму захотелось навестить своего сына; но Исмаил как раз уехал на охоту, и дома у него осталась одна жена. Авраам поприветствовал ее, но она не пожелала поздороваться с ним в ответ. Он умолял ее пустить его на ночь в дом, но женщина отказала ему. Тогда он попросил чего-нибудь выпить и перекусить, но та заявила, что «у нее ничего нет в целом дому, кроме грязной воды». Тогда Авраам уехал прочь, предупредив ее: «Когда твой муж вернется, поздоровайся с ним и скажи, что ему надобно переменить в своем доме опоры!» Когда Исмаил воротился домой с охоты и спросил жену, не навещал ли ее кто-нибудь в его отсутствие, та описала ему Авраама и сказала в точности, что тот просил передать Исмаилу. По ее описанию Исмаил сумел признать своего отца, а переданные ему слова интерпретировал так, что ему следует развестись с женою. Вскорости он именно так и поступил.
Недолгое время спустя из Южной Аравии в окрестности Мекки перекочевало племя джорхамидов и изгнало прочь амаликитян, которые своим распутным поведением навлекли на себя гнев Аллаха. Исмаил женился на дочери царя джорхамидов и выучился от них арабскому языку. Так получилось, что и эту женщину Авраам однажды застал одну дома. В ответ на его приветствие она вежливо поздоровалась, поднялась на ноги пред ним, и сама уговорила его войти в дом. На вопрос Авраама, как у них обстоят дела со съестными припасами, женщина отвечала: «Да что и говорить, мой господин! У нас достаточно молока, есть и доброе мясо, и свежая вода!»
— А есть ли в доме хлеб? — спросил Авраам.
— И его добудем, если будет на то воля Аллаха! Но мы и без того не в нужде. Так спешивайся же и проходи в дом!
— Да благословит тебя Аллах! — сказал Авраам, — но, увы, я не могу задерживаться, — ведь он обещал Саре, что никогда не переступит порога дома Агари.
— Так позволь мне, по крайней мере, омыть твои ноги! — попросила жена Исмаила, — ибо ты весь покрыт пылью с дороги.
Тогда Авраам опустил сначала правую, [1] а затем и левую ногу на камень, лежавший перед входом в жилище Исмаила, и позволил омыть свои стопы. Впоследствии этот камень был встроен в храм, и следы от ног Авраама можно видеть на нем и поныне.
После того, как женщина омыла его ноги, Авраам сказал ей: «Когда Исмаил вернется из своей поездки, скажи ему, чтобы укрепил опоры своего дома!»
Как только Исмаил возвратился домой, жена передала ему все, что произошло у нее со странником, и точно повторила все слова, что он просил передать ее мужу.
Исмаил стал расспрашивать ее, как выглядел этот незнакомец. Когда же он понял по ее описанию, кто это приезжал в его отсутствие, то несказанно обрадовался и воскликнул: «То был мой отец Авраам, друг Аллаха, и нет никаких сомнений, что ему очень понравился оказанный тобою прием; ибо его слова означают не что иное, как то, что я еще прочнее должен связать свою судьбу с тобой!»
Когда Авраам достиг почтенного возраста в сто десять лет, Аллах повелел ему в сновидении последовать за «сакиною»; то есть, за волшебным ветром-зефиром с двумя головами и двумя крылами.
Авраам повиновался и пошел вслед за ветром, который обратился в облако в Мекке, на том месте, где теперь стоит храм. Там голос сказал ему: «Построй мне храм на том месте, где остановилось это облако!»
Едва Авраам начал копать землю, как обнаружил краеугольный камень для основания храма, который был заложен еще самим Адамом. Тогда он приказал Исмаилу принести еще камней, потребных для возведения здания. Но Черный камень, который со времен потопа был укрыт на небесах, или же, по мнению некоторых из ученых людей, находился все это время на горе Абу Кубейс, принес Аврааму сам ангел Гавриил. Этот камень тогда оставался еще таким белым, и сверкал столь ослепительно, что его сияние освещало по ночам все благословенные окрестности Мекки.
В один прекрасный день, когда Авраам с Исмаилом занимались возведением храма, к ним явился Александр Великий и спросил, что это они строят. Когда Авраам сказал знаменитому царю, что это будет храм в честь Единого истинного Бога, в которого они верят, Александр признал Авраама за посланника Аллаха и семь раз подряд обошел будущий храм пешком.
По отношению к этому Александру мнения ученых мужей расходятся. Некоторые убеждены, что он был греком, они верят, что ему покорился целый свет; дескать, сначала, он правил миром как Нимрод, будучи неверующим, а затем, уже как Соломон — верующим.
Александр был господином света и тьмы; когда он выступал в поход со своей армией, перед ним повсюду разливался свет, а позади его войска надвигалась тьма. Таким образом, ему не были страшны никакие засады. Кроме того, посредством своего волшебного черно-белого знамени он обладал властью превращать самый ясный день в кромешную ночь, или наоборот, темную ночь в светлый день: для этого ему нужно было просто развернуть ту или другую половину знамени. Благодаря этому он оставался практически непобедимым; он мог вести свои войска абсолютно невидимыми, когда того желал, и нападал на своих врагов совершенно внезапно. Он проехал через весь свет в поисках чудодейственного источника вечной жизни, из которого, как Александр прочел в магической книге, пил потомок Сима (Шема), обретший благодаря этому бессмертие. Однако визирь Александра, Аль-Кизр, возненавидел своего повелителя, и сам напился из источника, обнаружив его где-то на далеком Западе. Так Аль-Кизр получил вечную юность; а когда в те места добрался Александр, источник уже иссяк, поскольку, согласно повелению Божию, сила в нем была сохранена лишь на одного человека. Свою кличку «Двурогий» Александр получил, по мнению одних, потому что прошел через всю землю вплоть до ее двух «рогов» (углов) на востоке и западе; другие же считают, что волосы на его голове образовывали подобие двух рогов. Согласно мнению третьих, у его короны было два золотых рога, чтобы подчеркнуть его власть над обеими империями: греков и персов. Ну и последнее мнение, которое поддерживается многими учеными: однажды Александру было видение, в котором он оказался настолько близок к солнцу, что оказался в состоянии ухватить его за два конца, на востоке и западе, за что он и был с иронией прозван «Двурогим».
Подобным же образом мнения ученых людей разделяются и относительно времени, в которое он жил, места его рождения, происхождения, и места жительства. Как бы то ни было, большинство из них сходится во мнении, что среди царей древности существовало два властителя с таким именем: старший из них, о котором говорится в Коране, был потомком Хама, современником Авраама. Он объездил с Аль-Кизром всю землю в поисках источника вечной жизни. Это ему Аллах повелел плотно запереть за неразрушимой стеною дикие народы Джаджуджа и Маджуджа, чтобы они не смогли истребить всех прочих обитателей земли. Другой Александр, более молодой, приходился сыном греческому царю Филиппу, одному из потомков Иафета. Это Александр являлся учеником мудреца Аристотеля из Афин.
Ну, однако же, давайте вернемся к Аврааму. Наш герой после разговора с Александром и Аль-Кизром продолжал возведение храма, пока тот не достиг высоты в девять, ширины в тридцать и глубины в двадцать два локтя. Тогда Авраам взошел на гору Абу Кубейс и воскликнул с ее вершины: «О, вы, обитатели земли! Аллах повелевает вам совершать паломничество к этому святому храму! Пребудьте в повиновении Его заповеди!»
Аллах сделал так, что призыв Авраама был услышан всеми людьми: и теми, что тогда жили, и еще не родившимися. И все, вплоть до детей, находившихся еще в утробах своих матерей, воскликнули в один голос: «Мы повинуемся Твоему повелению, о, Аллах!» Авраам же, вместе с первыми паломниками, исполнил те церемонии, что соблюдаются и по сей день. Он помазал Исмаила быть хозяином Каабы, а сам возвратился в Палестину к своему другому сыну, Исааку.
Когда же Исаак пришел в возраст мужчины, борода Авраама совсем поседела, что нисколько его не поражало, ибо до него ни один из людей еще не становился седым. [2] Аллах сотворил это чудо лишь для того, чтобы Авраам мог отличаться от Исаака. Дело в том, что Авраам уже достиг сотни лет, когда Сара родила Исаака, и потому жители Палестины начали поддразнивать старика, ставя под сомнение невинность его жены. Однако Аллах сделал Исаака настолько похожим на своего отца Авраама, что каждый, кто хоть раз видел отца и сына вместе, уже никак не мог сомневаться в супружеской верности Сары. Ну а для того, чтобы хоть как-то отличать их друг от друга, Аллах заставил в качестве отличительного признака волосы в бороде Авраама поседеть. И только с тех времен волосы у людей стали ближе к старости утрачивать свой темный цвет. Когда же Авраам достиг возраста в две сотни лет, или, как утверждают некоторые, в сто семьдесят пять лет, Аллах послал к нему ангела смерти {96} в виде пожилого человека. Авраам пригласил гостя к столу, но ангел смерти так сильно трясся, что, прежде чем положить себе в рот кусочек пищи, измусоливал себе все лицо, включая лоб, глаза и нос. Тогда Авраам спросил его: «От чего это ты так трясешься?»
— От старости, — отвечал ангел смерти.
— Так сколько же тебе лет?
— Я на один год старше, чем ты!
Авраам возвел глаза к небу и воскликнул: «О, Аллах! Забери мою душу к себе поскорее, пока и я не впал в подобное состояние!»
— А каким образом ты хотел бы умереть? — спросил его ангел смерти.
— Мне хотелось бы выдохнуть свою жизнь в тот момент, когда я паду, распростершись пред Аллахом в молитве.
Ангел оставался в гостях у Авраама, пока тот не распростерся в молитве, а затем положил конец его жизни.
Авраам был похоронен его сыном Исааком подле Сары, в пещере в Хевроне. На протяжении долгих лет иудеи приходили на поклонение к этой пещере, где впоследствии были погребены и Исаак с Иаковом. В свое время христиане построили над этим гротом церковь, которая была превращена в мечеть, когда Аллах предал ту страну в руки мусульман. Сам Хеврон стал зваться Кирьят Авраам («Город Авраама»), или просто «Халиль» («Друг»), и под этим именем он известен и в наши дни.
Примечания:
1. Эту легенду, имеющую отношение к Исмаилу, с учетом, что она, судя по всему, должна иметь чисто арабское происхождение, поскольку и придумана должна была быть для того, чтобы объяснить «священность» второго из достопримечательных камней Каабы, тем не менее, можно отыскать в «Мидраше», стр. 27:
«Исмаил взял себе в жены одну из дочерей Моава, а имя ей было Азия. Спустя три года Авраам поехал навестить своего сына, поклявшись перед этим Саре, что даже не будет спешиваться со своего верблюда. Он поехал в сторону жилища Исмаила, но, прибыв около полудня, застал дома одну лишь его жену.
— А где же Исмаил?
— Он поехал в пустыню со своей матерью, собрать фиников и еще кое-каких фруктов.
— Дай мне немного хлеба и воды, ибо я утомился от пути через пустынную местность.
— Нет у меня ни хлеба, ни воды!
— Так скажи Исмаилу, когда он вернется домой, чтобы сменил в своем доме дверные косяки, ибо они недостойны его!
Как только Исмаил воротился домой, жена рассказала ему все, что случилось. Исмаил сообразил, какой смысл Авраам вложил в свои слова, и прогнал ее прочь из дома.
Позднее Агарь привела ему жену из дома его отца; ее звали Фатима.
Прошло три года, и Авраам решил вновь навестить своего сына, при этом он опять пообещал Саре, что не переступит порога его жилища.
И вновь он подъехал к дому Исмаила примерно в полдень и застал там одну лишь Фатиму. Но она немедленно принесла ему все, чего он только пожелал. После этого Авраам помолился Господу за Исмаила, и дом его сына наполнился золотом и всяким добром.
Когда Исмаил вернулся домой и узнал от Фатимы, что случилось в его отсутствие, он сильно возрадовался, ибо понял, что отцовская любовь к нему Авраама до сих пор не иссякла». — «Мидраш», стр. 28.
2. «Как только Сара отняла от груди своего сына, Авраам устроил праздник. Но язычники стали смеяться: “Поглядите на эту парочку стариков, которые подобрали младенца на улице и притворяются, что это их собственное дите! Мало того: чтобы им больше поверили, они устраивают праздник в его честь!” Но Господь сделал Исаака столь разительно похожим на отца…» и т.д. Также, на стр. 15, среди чудес, совершенных в связи с Авраамом, упоминается, что тот поседел. И опять, на стр. 30: «Прежде, до Авраама, у людей в пожилом возрасте не было никаких особых отметин…» и т.д. — «Мидраш», стр. 27, 15, 30.