Все это верно в отношении того, что хадж является помехой на пути просвещенной реформы, которая может быть осуществлена только тогда, когда исламские законы покажут, что они готовы к изменениям, а сохраняющееся предписание совершать хадж свидетельствует, что они к изменениям не способны. [1] Но с другой стороны, надо признать, сохранение хаджа имеет тенденцию сохранять мусульманскую ортодоксальность, время от времени обновлять веру мусульман и показывать бесчисленным миллионам верующих, насколько за прошедшие столетия ислам объединил в великое братство народы, отличающиеся друг от друга языком, цветом кожи и характером и выработал в них нежную преданность памяти своего Пророка. [2] Мекка для мусульманина, это то же, что Иерусалим для иудея. Этот город несет с собой все влияние ассоциаций прошедших столетий. Мекка относит мусульманина назад к источнику его веры, к детству его Пророка. Город напоминает ему о борьбе между старой верой и новой, об уничтожении идолов и установление веры в Единого Бога. Но больше всего Мекка побуждает мусульманина помнить о том, что все его братья – мусульмане поклоняются одному и тому же священному месту, что он один из огромного множества верующих, объединенных одной верой, наполненных одинаковыми надеждами, почитающих одно и то же и поклоняющихся Одному Богу. Мухаммад проявил свои знания религиозных чувств человека, когда сохранил святость храма Мекки. [3] Таким образом, сохранение обычая совершать хадж укрепляет ортодоксальную систему ислама, но чем больше оно это делает, тем меньше остается надежды на реформы и прогресс. С этой точки зрения заимствование языческого паломничества в исламскую систему было не только компромиссом с чувствами идолопоклонников, но и критической ошибкой в оценке будущего.

Мы подошли к заключению о важнейших исторических событиях, описанных в Коране, но остается еще множество тем, которые мы не затронули. Такие политические вопросы, как создание союзов, поведение нелояльных людей и обращение с чужеземцами также находят отражение в Коране. Гражданские вопросы, такие как законы о браке, разводе, наследстве, свидетельских показаниях также затрагиваются в нем. Таким образом, Коран становится документом, содержащим правила и уставы теократического государства. [4] Большинство из них находятся в мединских сурах. Во второй, четвертой и пятой сурах, равных по объему одной седьмой части Корана, очень подробно описываются религиозные и гражданские обязанности и меры наказания. Слабость ислама заключается в том, что он утверждает себя окончательным и совершенным откровением. Эта религия не подобна иудаизму, который был временной, предназначенной для одного народа, системой, ведущей людей к полноте истины; нет, ислам объявляет себя всемирной и окончательной религией. Некоторые законы ислама, в качестве временных мер по отношению к диким народностям, могут казаться разумными, но они становятся нетерпимыми, когда «провозглашаются как окончательный голос совести».

Есть такое высказывание: «если считать, что Коран был ниспослан только язычникам-арабам, то его религиозные, моральные и гражданские законы достойны восхищения. Ошибка его автора заключается в том, что помимо арабов-язычников он предписал эти законы всем остальным народам». Временные реформы, возведенные в ранг божественной неизменяемой системы, после этого полностью и навсегда закрывают путь более великим и более долговременным реформам. Во всем этом Мухаммад проявил свое невежество, потому что с трудом можно предположить, что он знал хоть что-то об огромной правовой системе или законах великой римской империи; и, конечно же, пророк ничего не знал об истинном учении Иисуса Христа. Если бы он знал эти вещи, он бы видел, насколько более совершенна правовая система, которую он стремился заменить, и насколько выше христианская мораль, которую он пытался отменить. Великий историк делает такое замечание: «Человек сам по себе искренний и праведный, величайший реформатор и благодетель своего народа, проповедник и законодатель истины и цивилизации, в конце концов, сделал намного больше, чем любой другой смертный человек, чтобы воспрепятствовать прогрессу истины и цивилизации. Религиозный реформатор воспрепятствовал распространению христианства; а политический реформатор воспрепятствовал продвижению свободы». [5]

Есть хорошее высказывание: «В Мекке он увещевает и убеждает, в Медине он законодатель и воин, навязывающий послушание и вместо пера поэта и ученого использующий другое оружие. Когда ситуация обострялась, как в Медине, поэзия уступала место прозе, хотя время от времени элементы поэзии все равно проявлялись. И до последнего ему приходилось отбиваться от обвинений в том, что он всего лишь поэт. [6] Но в мединских сурах Мухаммад редко выступает в свою защиту: нас поражают стихи, о послушании Богу и Его Посланнику, дарам Бога и дарам Посланника, Бог выражает свое довольство, и Его посланник в том же духе, титулы и черты характера, приписываемые Аллаху, Пророк открыто приписывает и себе». [7]

Фраза «Аллах и Его посланник» очень часто встречается в мединских сурах, она характерна для них. [8] От проповедника и увещевателя, Пророк перешел в ранг правителя теократического государства, а отдаваемые им приказы по самым разнообразным вопросам рассматриваются как повеления Аллаха. Многобожники описываются как люди, не поверившие и обратившие свою спину откровениям Аллаха; а о верующих говорится:

Уверуйте же в Аллаха, и Его посланника, и в свет, который Мы ниспослали.
Сура Ат-Тагабун (lxiv) 8. [9]

Сопротивление Пророку считается таким же тяжким грехом, как неповиновение Аллаху, они заслуживают одинакового наказания:

А кто откалывается от Аллаха и Его посланника… ведь Аллах силен в наказании!
Сура Ал-Анфал (viii) 13.

Мусульман призывают поступать совсем не так, как поступают многобожники:

О те, которые уверовали! Повинуйтесь Аллаху и Его посланнику и не отвращайтесь от Него [10] в то время, как вы слушаете.
… если вы взяли что-либо в добычу, то Аллаху – пятая часть, и посланнику.
Сура Ал-Анфал (viii) 20, 42.

Во время войны мусульмане часто нуждались в ободрении. Им повелевается твердо стоять перед лицом врага, успеха в войне можно достичь при следующем условии:

И повинуйтесь Аллаху и Его посланнику.
Сура Ал-Анфал (viii) 48.

Кто повинуется посланнику, тот повинуется Аллаху.
Сура Ан-Hиса'а (iv) 82.

Неверующие не причиняют Аллаху никакого ущерба, потому что Он превратит их дела ни во что, поэтому говорится следующее:

О вы, которые уверовали! Повинуйтесь Аллаху и повинуйтесь посланнику, и не делайте пустыми своих деяний!
Сура Мухаммад (xlvii) 35.

Размышления о том, кому принадлежат небеса и земля, кто сменяет день ночью и знает секреты сердца должно вести людей к тому, чтобы они:

Веруйте в Аллаха и Его посланника.
Сура Ал-Хадид (lvii) 7.

Люди истины – это те, которым будет оказана двойная милость, на чьем пути будет сиять божественный свет, это те, которые настолько мудро уверовали в Аллаха и Его Посланника, что сейчас они:

Бойтесь Аллаха и веруйте в Его посланника.
Сура Ал-Хадид (lvii) 28.

Когда мусульмане увидели, как мекканцы осаждают Медину и что они выстояли не до конца, верующие сказали:

«Это – то, что обещал нам Аллах и Его посланник. Правдив Аллах и его посланник!»
Сура Ал-Ахзаб (xxxiii) 22.

Великая награда ждет в будущей жизни тех, кто смотрит на Аллаха и Его посланника:

А если вы хотите Аллаха и его посланника и последнего жилища, то Аллах уготовил добродеющим и вам великую награду.
Сура Ал-Ахзаб (xxxiii) 29. [11]

Но прокляты в этом мире и в следующей жизни те, кто:

… Причинят обиду Аллаху и Его посланнику
Сура Ал-Ахзаб (xxxiii) 57. [12]

Придет день, когда их лица будут повергнуты в огонь, и в своем жестоком мучении они вспомнят о прошлом и скажут:

«О, если бы мы повиновались Аллаху и повиновались посланнику!»
Сура Ал-Ахзаб (xxxiii) 66.

В предпоследней мединской суре верующих предупреждают о том, чтобы они никогда не позволяли стремлениям к богатству, семье, дому отлучить их от Аллаха и Его посланника, который должен быть им дороже всего остального. Им дается последнее предупреждение, которое отражает, насколько в душе пророка со временем укоренились чувства против оппозиции:

Разве они не знали, что кто противится Аллаху и Его посланнику, для того – огонь геенны на вечное пребывание в ней. [13]
Сура Ат-Тауба ( ix ) 64.

Действительно, воздаяние тех, которые воюют с Аллахом и Его посланником и стараются на земле вызвать нечестие, в том что они будут убиты или распяты, или будут отсечены у них руки и ноги накрест, или будут они изгнаны из земли.
Сура Ал-Маида (v) 38.

В предпоследнем аяте девятой суры Мухаммад приписывает себе те черты характера, которые он обычно относил к Аллаху:

К вам пришел посланник из вас самих. Тяжко для него, что вы грешите; он – ревнует о вас, к верующим – кроток, милостив. [14]
Сура Ат-Тауба (ix) 129.

Это всего лишь несколько отрывков подобного рода. Подобные высказывания приравнивают авторитет пророка к авторитету Аллаха; строгое требование послушания, как Аллаху, так и ему. Ясные угрозы наказания за неповиновение его приказам и приказам Аллаха. Все это ясно показывает, что Пророк осознавал свою растущую власть в Медине, что вело его к тому, что он смело присваивал себе то положение, которое он не осмеливался принять на себя или, во всяком случае, не принимал на себя ранее, когда он жил в Мекке.

Есть заметное отличие в стиле мединских сур. Язык прозаичен, а поэтический огонь, настолько явный в ранних мекканских сурах, угас, однако время от времени еще встречаются необыкновенно красивые места, чью красоту не может отразить никакой перевод, как, например эти:

Аллах – нет божества, кроме Него, живого сущего; не овладевает им ни дремота, ни сон; Ему принадлежит то, что в небесах и на земле. Кто заступится пред Ним, иначе как с Его позволения? Он знает то, что было до них, и то, что будет после них, а они не постигают ничего из Его знания кроме того, что Он пожелает. Трон Его объемлет небеса и землю, и не тяготит Его охрана их, - поистине, Он – высокий, великий!
Сура Ал-Бакара (ii) 256. [15]

Хвалит Аллах то, что в небесах, и то, что на земле. Он – великий, мудрый!
Ему принадлежит власть над небесами и землей; он живит и мертвит: ведь Он – мощен над всякой вещью.
Сура Ал-Хадид (lvii) 2, 3.

Содержание Корана настолько запутано, что оно не дает представления о постепенном формировании какого-то плана в уме Пророка. Читателю чрезвычайно трудно почерпнуть из Корана вразумительную историческую информацию. Однако если суры расположить в хронологическом порядке появляется возможность, как мы это уже постарались показать, проследить постепенное формирование целей, которые Мухаммад имел в виду, основывая теократическую систему ислама. Если читать Коран таким образом, то он становится притягательно интересным, потому что в нем мы можем пронаблюдать работу ума того, кто, какого бы мнения мы ни придерживались относительно его заявлений и роли, несомненно, был великим человеком. Только читая суры Корана в хронологическом порядке можно также заметить постепенное изменение стиля. Критики Корана, исследуя его с помощью хронологии, обращают внимание на монотонность поздних сур. Есть хорошее высказывание по этому поводу: «если бы не изысканная гибкость самого арабского языка, которая, однако, больше присуща эпохе, в которой жил автор, чем его личности, то было бы вряд ли выносимо читать поздние места Корана во второй раз». Стенли Лейн-Пул пишет, что «если бы не богатое красноречие древнего арабского языка, которое придает некий шарм даже хаотичным предложениям и глупым историям, Коран того периода был бы скучен. Как это и есть на самом деле, мы чувствуем, что опустились с поэзии на прозу, а проза не настолько превосходна, чтобы компенсировать нам утрату поэтической мысли раннего периода и музыкального окончания предложений». [16]

Примечания:
(Нажмите на номер сноски, чтобы вернуться к ней или найти ее в тексте).

1. Хадж – это обязательный долг. В журнале «Nineteenth Century» за октябрь 1897 года мулла Рафи-ад-Дин Ахмад пишет: «Хадж очищает сердца людей и делает невиновными, как новорожденные дети».

2. Фримен возможно упускает из виду этот момент, когда он пишет: «Мухаммад не достиг или не смог достичь повсеместного поклонения Аллаху, поэтому у него было святое место или место паломничества. Происходя из рода потомственных хранителей Каабы, он сделал целью своей жизни возвращение старого храма к его истинному предназначению, изъятие идолов из святого места Ибрахима и Измаила. Своей любовью, основанной на обычае, Мухаммад настолько привязался к Каабе, что из традиций поклонения ей он перенял много старых и суеверных ритуалов, которые так странно расходятся с разумными и правильными ритуалами мусульман. Для араба, предка Измаила, все ритуалы были если не разумны, то хотя бы привычны. Но почему персы, муры, турки и индийцы, не относящиеся к роду Ибрахима, должны отправляться в хадж, чтобы поклоняться святыне, все представления, о которой принадлежат другому народу», History and Conquests of the Saracens, с. 52.

3. Stanley Lane-Poole, Studies in a Mosque, с . 96.

4/ Хотя Стэнли Лейн-Пул отзывается о Мухаммаде с чувством восхищения, однако, по этой теме он пишет следующее: «Ислам, к сожалению, это как социальная, так и религиозная система; в этом и заключается огромная трудность честной оценки его положительного и отрицательного влияния на мир… Во всех цивилизованных и богатых странах социальная система ислама оказывает губительное влияние на все классы населения. И если есть какое-нибудь великое будущее для мухаммаданского мира, эту систему общества нужно ликвидировать». Lane, Selections from the Kur-an, с. 88, 99.

5. Freeman, History and Conquests of the Saracens, с . 59.

6. Сура Йа-Син (xxxvi) 69.

7. Rodwell's Quran, Введение, с. 10.

8. Есть одно явное исключение, эта фраза встречается также в суре Ал-А'раф (vii) 158. Это поздняя мекканская сура, но совершенно ясно, что аяты 156-158 были вставлены из откровения, ниспосланного позднее в Медине. Это ясно из того, что в этих аятах использован термин , «простец», присущий именно мединскому периоду. Упоминание Торы и Евангелия также доказывает это. Кроме того упоминаются люди, которые , «поддерживали и помогали ему». Это явная ссылка на ансаров, потому что Хусайн (т. 1, с. 222) пишет, что под подразумеваются , «те, кто помогал пророку в борьбе с врагами»; а Абдаллах ибн Аббас пишет, что они помогали с помощью меча. По-видимому, это решает вопрос о более поздней датировке этих аятов; такой факт отвечает контексту и отвергает возможность ранней датировки, где могли бы использоваться слова «Аллах/Бог и Его Посланник». См. Noеldeke, Geschichte des Qorans, c. 118

9. Хусайн пишет, что под «светом» имеется в виду Коран, который также называют светом, «потому что по своей природе он сверхъестественен, это книга, в которой можно узнать истины о позволительных и не позволительных вещах». Tafsir-i-Husaini, т. 2, с. 406.

10. На арабском фраза «не отвращайтесь от Него»: , и не совсем ясно, относится ли «от него» к Богу или Его Посланнику.

Хусайн утверждает, что этот отрывок означает следующее:

«Не отвращайтесь или не возражайте приказу о послушании или приказу о джихаде, или приказу Аллаха: не отвращайтесь от Пророка. Суть этого аята – это приказ повиноваться Пророку и запрет противостоять ему. Упоминание о повиновении Аллаху – это предостережение о том, что повиновение Богу Всемогущему заключается в послушании Его Пророку». Tafsir-i-Husaini, т. 1. С. 236.

Ибн Аббас утверждает, что эта фраза означает , «не отвращайтесь от повеления Аллаха и Его Пророка».

11. Эти слова касаются жен Пророка, требовавших одежду и расходы, которые он не мог дать. Как утверждает Муслима: «пишут, что однажды Абу Бакр и Умар нашли Пророка в окружении своих жен благородного происхождения, которые требовали средств на свои расходы. Пророк был молчалив и раздосадован, он сказал: «Посмотрите, как эти толпятся вокруг меня и требуют то, что я не могу дать». После этих слов Абу Бакр склонил шею Айши, а Умар склонил шею Хафазы, и оба они отругали жен Пророка за их поведение. В течение 19 дней Мухаммад не подходил к своим женам. После этого пришло откровение, предупреждающее женщин о том, что лучше избирать небесные благословения, предпочитая их уходящим наслаждениям этого мира». Khalasatut-Tafasir, т. 3, с. 546.

12. Муалим приводит высказывание Аббаса о том, что этот аят ссылается на иудеев, которые называли Узайра (Езру) Сыном Бога, на христиан, называющих Иисуса Сыном Божьим и язычников Мекки, считавших ангелов дочерьми Бога. На всех них лежит «проклятие Аллаха».

В книге «Краткие очерки в ближневосточной истории», в 3 главе, посвященной Корану. Нeльдеке с большой эрудицией и критической проницательностью излагает свои взгляды на начало, происхождение, развитие и стиль Корана. Это одно из лучших изложений по этой важной теме и мы подвергнем его тщательному исследованию.

13. Муджахид пишет, что лицемеры между собой насмехались над Пророком, а некоторые заявляли: «Что произошло бы, если бы он наказал нас, а с неба не пришло бы никакого знамения? Тогда пришло бы откровение». Tafsir-I-Husaini, т. 1, с. 261.

14. Нeльдеке, однако, на основании Замахшари, а также «Иткана» Джалал-ад-Дина ас-Суити, называет этот аят мекканским. Geschichte des Qorans, с. 169. По поводу этого аята Хусайн пишет, что слова «он – ревнует о вас, к верующим – кроток, милостив» означают:

«Святой Аллах никакого другого Пророка кроме нашего не характеризовал Своими двумя собственными именами». Tafsir-i-Husaini, т. 1, с. 275.

Акрима говорит о Пророке: «Ты назван так же, как Аллах называет Себя – кротким, милостивым». Khalasatut-Tafasir, т. 2, с. 327.

15. Это знаменитый Аят-ал-Курси или «аят трона».

16. Стенли Лейн-Пул, Избранное из Корана, с. 105-106.

К началу страницы

<< Предыдущая часть   |   Содержание   |   Приложение >>

Главная страница