Еще одной примечательной сурой, относящейся к среднему периоду деятельности Мухаммада в Мекке, является сура Сад ( xxxviii ). Первые десять аятов данной суры были ниспосланы в один из моментов, когда курайшиты упрашивали Абу Талиба лишить своей протекции Мухаммада, что тот категорически отказался делать. С такой просьбой курайшиты уже обращались к Абу Талибу, и было это примерно в 620 г. н. э., возможно даже и раньше. В следующем отрывке с большой силой и убедительностью курайшиты предупрежаются о судьбе уже ушедших поколений насмешников, и снова курайшитам выносится порицание.

Клянусь Кораном, содержащим напоминание! Да, те, которые не веруют, пребывают в гордости и противодействии.
Сколько Мы погубили прежде них поколений! И они воззвали, но не было это временем бегства.
И дивились они, что пришел к ним увещатель из них. И говорили неверные: «Это – волшебник, лжец!
Неужели он обращает богов в единого Бога? Поистине, это ведь вещь удивительная!»
И удалились знатнейшие из них, говоря: «Ступайте и терпите за ваших богов! Поистине, это – что-то, что от нас желают.
Мы ведь не слыхали про это в последней религии. [1] Это не что иное, как создание.
Разве ему среди нас ниспослано напоминание?» Да, они сомневаются о Моем напоминании! Да, они еще не вкусили Моего наказания! 1-7

Другой характерной чертой откровений, ниспосланных в середине мекканского периода, является постоянные заявления о боговдохновенности Корана. Он называется благословенной, ясной Книгой, благородным Кораном. Это книга, ниспосланная от Аллаха, лучшая из всех сообщений, которые он передавал, это – послание свыше:

Писание, ниспосланное тебе, благословенно, чтобы обдумали его знамения и припомнили обладатели рассудка . Сура Сад ( xxxviii ) 28.

Мухаммаду дано повеление не сокрушаться по поводу жестокосердности его слушателей, а божественность его посланий подтверждается. Таковы признаки ясной Книги:

Может быть, ты готов убить самого себя от того, что они не веруют.
Если Мы пожелаем, Мы низведем на них с неба знамение, и выи их будут пред ним повергнуты.
Не приходит к ним ни одно напоминание от Милосердного новое, без того чтобы они от него не отвернулись.
Они сочли ложью, но придут к ним вести о том, над чем они насмехались.
Сура Аш-Шуара ( xxvi ) 2-5.

В 192 аяте и следующих за ним стихах, идет убедительное заверение в том, что Книгу принес с небес Джибрил. Но так как в этом отрывке говорится также о евреях, то, по мнению Алалу ад-Дин ас-Сути, этот отрывок принадлежит к мединскому периоду, поэтому я не буду цитировать его в этой главе. В других местах этой суры приводятся высказывания пяти старейших пророков, которые говорят: «Побойтесь же Аллаха и повинуйтесь мне!». Следовательно, делается вывод, что курайшиты должны повиноваться Мухаммаду, или же они понесут наказание за свое непослушание. А если они не подчиняются ему, тогда именем Аллаха, он может сказать:

…«Я свободен от того, что вы делаете!» 216.

Фрагментарный характер откровений был удобен для пророка, т. к. это помогало ему отвечать на самые разнообразные события каждого дня божественным мнением; однако требовались причины, оправдывающие фрагментарность откровений. Их мы находим их в следующем аяте:

И Коран Мы разделили, чтобы читал ты его людям с выдержкой, и ниспослали Мы его ниспосланием. [2] ( В англ. переводе Корана – « по частям» - Прим. переводчика). Сура Бани Исраил ( xvii ) 107

В суре Ат-Тур ( lii ) опровергаются обвинения в выдумывании откровений, и подтверждается сверхъестественная природа Корана.

Или они скажут: «Измыслил Его он!» нет, они не веруют!
Пусть же они приведут подобный этому рассказ, если они говорят правду! 33-34

Или у них есть тайное, и они записывают? 41.

И, поистине, для тех, кто был тираном, наказание еще и до этого, но большая часть их не знает! 47

В суре Ал-Хакка ( lxix ), относящейся к первому периоду деятельности пророка в Мекке, содержится самое сильное, какое можно встретить в Коране, отрицание сочинения откровений:

Но нет! Клянусь тем, что вы видите,
И тем, чего не видите!
Поистине, это – слова посланника благородного
Это не слова поэта. [3] Мало вы веруете!
И не слова прорицателя. Мало вы припоминаете
Ниспослание от Господа миров.
А если бы он изрек на Нас какие-нибудь речения
Мы взяли бы его за правую руку,
а потом рассекли бы у него сердечную артерию
и не нашлось бы среди вас ни одного, кто бы удержал от него. 38-47

Другими словами, если бы Мухаммад выдумывал откровения, то Мы (Аллах) перестали бы оказывать сдерживающее влияние на вас (курайшитов), не позволяя причинять зло пророку. В тот период Мухаммад настолько стремился к опровержению идеи о том, что откровения являются плодом его поэтического дарования, что в вышеприведенной суре он приводит слова Аллаха о том, что это не так. Это самое пылкое, какое можно встретить в Коране, утверждение боговдохновенности Корана. Возможно, именно сила и искренность этого утверждения выдают сомнения Мухаммада. Сура не отражает полной убежденности человека, твердо верящего в то, что он говорит. Здесь полностью отсутствует чувство достоинства Божьего пророка.

Ниже приводятся несколько отрывков из различных сур на эту тему:

Но нет! Клянусь движущимися обратно
текущими и скрывающимися,
и ночью, когда она темнеет,
и зарей, когда она дышит!
Это поистине, слово посланника благородного,
обладающего силой у властителя трона могучего,
встречающего покорность, и, кроме того, доверенного.
И ваш товарищ не одержимый Сура Ат-Таквир ( lxxxi ) 15-22.

Это – только откровение, которое ниспосылается.
Научил его сильный мощью. Сура Ан-Наджм ( lii ) 4-5

Но нет, клянусь местом заката звезд!
А ведь это – клятва, если бы вы знали, великая.
Поистине, это ведь Коран благородный
в книге сокровенной
Прикасаются к нему только очищенные. Сура Ал-Вакиа ( lvi ) 74-78.

Поистине, Мы низвели тебе Коран ниспосланием. Сура Аль Инсан ( lxxvi ) 23.

Клянусь книгой ясной!
Мы сделали ее арабским Кораном, – может быть, вы уразумеете!
Он находится в матери книги [4] у Нас, вознесен, мудр! Сура Ат-Тарих ( xlii ) 1-3.

И сказали те, которые не веруют: «Это – только ложь, которую он измыслил, а помогли ему в этом другие люди». Они совершили несправедливость и искажение!
И сказали они: «Сказки первых! Он приказал записать их для себя. И читаются они ему утром и вечером»
Скажи: «Ниспослал его тот, который знает тайное в небесах и на земле.
И сказал посланник: «О Господи, ведь мой народ принял этот Коран за бред!»
Сура Ал-Фуркан ( xxv ) 5-7, 32

Или они скажут: «Измыслил он его!» Да, это – истина от твоего Господа, чтобы ты увещал людей, к которым не приходило увещателя до тебя, - может быть, они пойдут по прямому пути! Сура Ас-Саджда ( xxxii ) 2.

Скажи: «Ниспослал его дух святой от твоего Господа во истине…».
Сура Ан-Нахл ( xvi ) 104.

Сура Аз-Зумар ( xxxix ) была ниспослана, вероятно, во время первого бегства пророка в Абиссинию. В ней подчеркивается, что Коран пришел прямо от Аллаха, а также говорится об устрашающих последствиях такой формы откровений:

Мы ниспослали тебе писание во истине; поклоняйся же Аллаху, очищая пред Ним веру! 2

Аллах ниспослал лучший рассказ – книгу с сходными, повторяемыми частями, [5] от которой съеживается кожа тех, которые боятся своего Господа… 24

Вышеприведенные примеры форм защиты, которые Мухаммад принял для себя, основывались на якобы схожем с другими пророками отношении к нему и постоянных заверениях в том, что Коран является божественным откровением. Это всего лишь несколько из многочисленных высказываний пророка по этой теме. Общее впечатление, складывающееся у читателя – это то, что они являются внешними выражениями человека, чья душа не знала покоя и который, силой и частыми повторениями своих заявлений, хотел не только заставить замолчать своих врагов, но и придать уверенности себе и поддержать веру своих последователей.

На раннем этапе своей деятельности в Мекке пророк бросает вызов относительно создания такой книги, как Коран:

Или они скажут: «Измыслил Его он!» нет, они не веруют!
Пусть же они приведут подобный этому рассказ, если они говорят правду!
Сура Ат-Тур ( lii ) 33-4

В одной из последних сур второго этапа мекканской деятельности пророка - Бани Исраил ( xvii ), [6] вновь бросается вызов:

Скажи: «Если бы собрались люди и джинны, чтобы сделать подобное этому Корану, они бы не создали подобного, хотя бы одни из них были другим помощниками». 90

Чуть позднее мы видим следующее:

Может быть, они скажут: «Измыслил он его». Скажи: «Приведите же десять сур, подобных ему, измышленных, и призовите, кого вы можете, кроме Аллаха, если вы говорите правду!» Сура Худ ( xi ) 16.

Этот аргумент считается настолько убедительным, что в Медине пророк снова воспользуется им:

А если вы в сомнении относительно того, что Мы ниспослали Нашему рабу, то принесите суру, подобную этому… Сура Ал-Бакара ( ii) 21.

Попытаться сделать это было опасно. Надир ибн Хариса, путешествующий по Персии, принял вызов создать что-нибудь такое же значительное, и то ли переложил в стихи, то ли написал в рифме "Сказки персидских царей", которые четыреста лет спустя Фирдоуси сделал бессмертными. Эти истории он прочитал в собрании людей, похожем на то, где Мухаммад огласил свой Коран. Затем позже в мекканской суре приходит следующее откровение:

Среди людей есть и тот, кто покупает забавную историю, чтобы сбить с пути Аллаха без всякого знания, и обращает это в забаву. Они – те, для которых унизительное наказание. Сура Лукман ( xxxi ) 5.

В битве при Бадре Надир был захвачен в плен. Выкуп за него брать отказались, и он был умерщвлен. [7]

Теперь магометане утверждают, что ни один человек не принял этот вызов, и что ни один араб не создал что-либо равное Корану. Но это заявление преувеличено, т. к. суть вызова состояла не в том, чтобы создать какое-либо произведение равное Корану по своей риторике или поэтичности, имелось в виду произведение равное Корану по теме – единство Бога, будущее воздаяние и так далее. [8] Исходя из этого, курайшиты не могли ответить на этот вызов. Они не могли сочинить книгу, повествующую, как и Коран, о единстве Бога, т. к. язычники не верили этой догме. Даже если бы они попытались создать подобную книгу, она была бы всего лишь копией работы Мухаммада, а копии всегда уступают оригиналу. Фактически Мухаммад уже занял эту нишу. Вследствие того, что никто не мог воспроизвести индивидуальность Мухаммада, отпечатавшуюся на его книге, он мог спокойно бросить вызов любому относительно создания книги, подобной Корану. Если превосходство Корана заключается в его форме и выразительности, то замечание Барона де Слане кажется уместным. Он говорит, что если мы сейчас станем изучать Коран исходя из правил риторики и критики, принятых в мусульманских колледжах то, несомненно, Коран – это совершенная модель, т. к. принципы риторики заимствованы из него. Палмер заявляет: «Не удивительно, что лучшим арабским писателям никогда не удавалось создать что-либо равное по своим качествам самому Корану. Ведь они заранее согласились с тем, что он не имеет себе равных, помимо этого они приняли стиль Корана за совершенный стандарт, следовательно, любое отклонение от него по необходимости становится недостатком.[9] Мусульмане, согласные с утверждением о том, что Коран является прямым высказыванием Аллаха, не могут подвергать критике эту работу, напротив, Коран стал стандартом, по которому судятся другие литературные произведения. Филологи, лексикографы, риторы исходят из предположения о том, что Коран не может быть неправилен, следовательно, другие произведения могут только в той или иной степени приблизиться к превосходству Корана, в зависимости от того, насколько более или менее успешно они скопировали его стиль. [10]

Однако не существует единого мнения мусульман относительно того, в чем именно состоит якобы превосходство Корана. Некоторые утверждают, что превосходство Корана заключается в его риторике, или в его теме, или в гармонии его частей ( китабан муташабиха ). [11] Секта мутазалитов придерживается мнения, что если бы Аллах позволил, то люди могли бы сочинить суру, равную Корану по своей риторике и композиции. [12]

Исходя из того, что иджаз или чудесная природа Корана не зависит от спорного вопроса о том, является ли он вечным, следует, что различные мусульманские группы и секты принимают чудесность Корана в качестве догматической истины.

Поздняя мекканская сура Аш-Шура ( xlii ) показывает, что мекканцы вплоть до последних дней проживания пророка в Мекке продолжали обвинять его в выдумывании откровений.

Или они скажут: «Измыслил он на Аллаха ложь!» Поистине, если бы пожелал Аллах, Он наложил бы печать на твое сердце, …». 23 [13]

Эти обвинения пришлись на тот период деятельности пророка, когда между Мухаммадом и последователями иудаизма возникла связь. Совершенно ясно, что в течение мекканского периода Мухаммад смотрел на христианство и иудаизм, как на равные религии, чьи приверженцы найдут в них спасение. Даже немного позже в Медине он заявлял:

Поистине, те, которые уверовали, и те, кто обратились в иудейство, и христиане, и сабии, которые уверовали в Аллаха и в последний день и творили благое, – им их награда у Господа их, нет над ними страха, и не будут они печальны.
Сура Ал-Бакара ( ii ) 59.

Примечания:
(Нажмите на номер сноски, чтобы вернуться к ней или найти ее в тексте).

1.
Мухаммад вкладывает это высказывание в уста политеиста, и таким образом, иронично намекает на то, что христианство учит вере в несколько богов. В Tafsir-I-Husaini дается пояснение, что в данном отрывке имеется в виду христианская религия, которая является последней и которая (что утверждается ошибочно) согласна только с учением о Троице, но не о Единстве Бога.

Байдави полагает, что в данном отрывке подразумевается, или религия предков, или христианская религия, являющаяся последней из всех религий на то время.

Ибн Аббас заявляет: «мы не слышали от иудеев или христиан о том, что Бог един»:

Замахшари пишет: «Ссылка идет на христиан, верующих в трех, а не одного Бога, или на курайшитов.

Муджахид утверждает, что подразумевается религия курайшитов. Khalasatut-Tafasir , т. 4, стр. 44.

2. Байдави поясняет, что «по частям» означает «в соответствии с обстоятельствами».
Это удобная теория, т. к. она позволяет откровению приходить того, когда это нужно. Ниспослание откровений «с выдержкой» и «по частям» может также служить удобству слушателей. В суре Ал- Фуркан ( xxv ) 34 говорится о том, что такая форма откровений имела целью помочь сердцу пророка.

3. В суре Аш-Шуара ( xxvi ) 34, называемой «Поэты», Мухаммад заявляет, что поэты, которые пишут против него, сумасшедшие:

«И поэты – за ними следуют заблудшие. Разве ты не видишь, что они по всем долинам бродят». 224-5.

С другой стороны, пророк использовал поэтов для защиты себя и защиты своей религии. Такие поэты не порицались. По мнению Байдави они относятся к тем, кто:

«И получили они помощь после того, как были угнетены, и узнают угнетатели, каким поворотом они обернутся!» 228.

Последняя часть аята, согласно Муалиму, относится к противникам пророка:

Khulasatu-t - Tafasir , т. 3, стр. 388

4. Мать Книги. Хусайн говорит: «Оригинал всех божественных книг охраняется от внесения изменений в сокровенной книге». Tafsir-I-Husaini , т. 2, стр. 300

5. Байдави называет ее «первоисточник всех божественных книг». Нам не говорится о том, каков язык оригинала, только то, что оригинал «вознесен, мудр», что означает, что это самая чудесная книга, ее стиль мудр, она понятна и не отменяется никакой другой книгой.

6. Это выражение (дословно по два, парами) Сейл переводит как «содержащая в себе неоднократно повторяющееся (предостережение)», Пэлгрейв и Палмер – как «повторяющаяся»; Родвелл как в тексте (см. Суру ал-Хиджр (xv) 87 и сноску к ней в Коране Родвелла, стр. 126). Перевод урду дает «требование, переданное разными путями». То же слово встречается в суре Ал-Хиджр ( xv ) 87, «И Мы дали тебе семь повторяемых и великий Коран» (). Имеется в виду семь аятов суры Ал-Фатихи, которые необходимо часто повторять.

Относительно целого отрывка из текста комментатор Хусайн высказывает свое мнение на персидском так: , что означает следующее: «Коран, отдельные части которого похожи на другие своими чудесами, соответствием слов и смысловым значением, или же одна часть Корана подтверждает другую и в нем нет противоречий и отличий. Говорят, что слово Матани означает – два раза или вдвойне, т. е. Коран содержит в себе пары (выражений), такие как повеление и запрет, обещание и угроза, речь и мысль, милость и гнев, рай и ад, верующий и язычник. Tafsir-i-Husaini, т. 2, стр. 262.

Замахшари ссылается на двойную форму его повелений и запретов, обещаний и угроз.

Надир Ахмад в своем переводе Корана на урду дает следующее пояснение:
«Для того, чтобы сделать понятной каждую тему она повторяется снова и снова». В своем комментарии он ссылается на передачу Корана в разное время и считает это самым большим доказательством его божественной природы.

Раввин Гайгер полагает, что все вопросы, связанные с пониманием значения слова «Масани» возникают из-за того, что это слово считается арабским, и происхождение этого слова не прослеживается до . Иудейский закон делился на две части: письменное и устное учение. Устное учение называлось «Мишна», и со временем весь устный Закон стал называться так же. Затемс этим словом произошла этимологическая ошибка, и стали считать, что слово «мишна» произошло от слова «повторять». Таким образом, под словом «мишна» стали понимать повторение письменного учения, а не собрание законов, передаваемых устно. Арабские иудеи совершили ту же ошибку, и так было получено слово «Матани». Если Мухаммад использовал слово правильно, то он поместил Коран на место всего иудейского закона – Мишны – и вообще не подразумевал повторение чего-либо. По крайней мере, один арабский комментатор признает это, т. к., согласно раввину Гайгеру, Таус утверждает: «Весь Коран – это Матани» . См . Geiger, Judaism and Islam , (S. P. C. K. Madras) стр . 43

Не удивительно, что откровение вызывает страх у людей, т. к. существует вера в то, что на небесах следствием откровения является то, что природа содрогается, ангелы оказываются в бессознательном состоянии, из них Джибрил первый, кто приходит в сознание. Более подробно читайте об этом в Khalasatut - Tafasir , т. 4, с. 75

6. Эта сура составлена из нескольких отрывков; аяты с 75 по 82 должны принадлежать к мединскому периоду.

7. Baidawi, т . 2, стр . 112. Margoliouth, Mohammed , стр . 135-266

8. Мулла Мухаммад Али заявляет, что непревзойденное превосходство Корана заключается в том влиянии, которое он оказал. Ни одна книга не оказала или не смогла оказать такого воздействия, каждое слово Корана выражает божественное величие и славу, как ни одна другая священная книга (Holy Quran, стр. 19). Этот комментатор секты кадиани настолько отдался преувеличенным заявлениям, что они не представляют ценности для критики.

9. «Если пророк требовал только того, чтобы его враги создали какой-нибудь образец произведения, равный Корану по своей поэтичности и риторике, то первым же врученным стихотворением пророк был бы посрамлен даже в глазах своих последователей. Тем не менее, догмат несравненного, по своему стилю и манере выражения мыслей, превосходства Корана основан на ошибочном переводе вызова, брошенного пророком». Noldeke, Encyclopedia Britannica , т . 21, стр . 601

10. Sacred Books of East , т . 6, стр . 76

11. Muir, Beacon of truth , стр . 26

12. Shahrastani, al-Millal wa'n-Nihal , стр . 39 и Noeldeke Geschichte des Qorans , стр . 44

13. Понять этот аят нелегко. Возможно, это означает, что если ты сочинил откровение, Аллах может лишить тебя пророческой миссии, если же обвинение ложное, он может наложить печать на сердце, т. е. укрепить его для того, чтобы помочь вынести незаслуженное бедствие. Хусайн истолковывает выражение «наложить печать на сердце» так:

«Он наложит печать на твое сердце, если ты смешиваешь откровения с ложью, или запечатает твое сердце терпением и долготерпением, чтобы ты не получил рану от их ярости и гнева». Tafsir-I-Husaini , т. 2, стр. 295.

«Он может удержать от тебя Коран и Вахи (вдохновение), или дать тебе терпение, чтобы бы не огорчали тебя». , т. 2, стр. 230

Надир Ахмад поясняет, что наложение печати на сердце означает, что пророк не мог вымышлять ложь.

К началу страницы

<< Предыдущая часть   |   Содержание   |   Продолжение >>

Главная страница